Потребности в общении, в любви,

В привязанностях, в причастности к группе

Потребность в безопасности

(физической и психической)

Физиологические потребности

(в еде, питье, сне, кислороде)

Рис. 9

Когда потребности физиологического уровня удовлетворены, равно как и удовлетворена потребность в физической и психической безопасности, активность индивида направляется на реализацию потребности в разговоре, дружбе, любви.

Потребность в почтении, в соц признании, утверждении в обществе Потребности в общении, в любви, относятся к следующему уровню пирамиды; таким макаром, по мере ублажения нижестоящих уровней потребностей человек перебегает на вышестоящие и, в итоге, выходит на шаг самоактуализации, потребность в какой становится доминирующей.

Малозначительный процент людей – самоактуализаторов, по воззрению А. Маслоу, разъясняется тем, что у подавляющего большинства потребности более низших, но Потребности в общении, в любви, в то же время актуально принципиальных уровней, оказываются депривированными, вследствие этого вся актуальная энергия и активность человека ориентирована не столько на воплощение собственного личного роста, сколько на преодоление фрустрирующего недостатка на том либо ином «этаже» иерархической пирамиды.

На различных уровнях пирамиды находятся не только лишь отдельные индивиды, да и целые цивилизации и Потребности в общении, в любви, народы. Найти, на какой ступени пребывает то либо другое общество, можно по так именуемым «мета-жалобам», которые, исходя из убеждений А. Маслоу, с ювелирной точностью локализируют его место в структуре пирамиды.

Понятно, что общество, репрезентативная часть которого сетует на то, что им нечем подкармливать собственных малышей, очень Потребности в общении, в любви, отличается от общества, члены которого возмущаются, в главном, какими-либо кусками бытия, противоречащими их эстетическим либо когнитивным представлениям. «Маслоу считает, что жалобам не может быть конца; можно надежды только на увеличение их уровня. Жалобы на несовершенство мира, отсутствие совершенной справедливости и т. п. – это здоровое указание на то, что невзирая на Потребности в общении, в любви, достаточно высочайший уровень базовой удовлетворенности, люди стремятся к предстоящему совершенствованию и росту. Практически Маслоу считает, что уровень жалоб может служить показателем просвещенности общества» [133, вып. 4, 53].

Факт нахождения людей на разных уровнях реализации потребностей детерминирует разные виды мотивации, зания, ценностей и любви. Если ублажение потребностей индивидума блокировано на
каком Потребности в общении, в любви,-либо уровне, то его мотивация нацелена на преодоление специфичного для данного уровня недостатка; такую мотивацию А. Маслоу называл дефициентной мотивацией, либо Д-мотивацией. Понятно, что в сфере Д-мотивов не содержится тех, которые побуждают к самоактуализации.

В случае реализации индивидом базовых потребностей, его мотивация не слабеет, более того Потребности в общении, в любви,, она усиливается и перебегает на новый высококачественный уровень; такую мотивацию А. Маслоу обозначил как бытийная мотивация, либо Б-мотивация.

Б-мотивация – это мотивация к насыщенной жизни, к настоящему бытию, а не просто к выживанию. В то же время, конкретно Б-мотивация является побудительным механизмом самоактуализации человека. «Бытие и Становление не противоречат друг Потребности в общении, в любви, дружке и не исключают друг дружку. Как итог, так и процесс приносят ублажение сами по себе» [76, 192]. По воззрению Маслоу, главным недочетом бихевиоризма и психоанализа является ориентация только на Д-мотивацию человека и игнорирование либо отрицание Б-мотивации.

По такому же принципу делятся познавательная деятельность человека и важные для него Потребности в общении, в любви, ценности.

Дефицитное зание (Д-познание) ориентировано только на поиск познаний и средств, нужных для ублажения потребностей низших уровней пирамиды. Каждому уровню соответствует собственный диапазон дефициентных ценностей (Д-ценностей), которые человек стремится достигнуть – еда, вода, сон; безопасность, стабильность; семья, любовь, дружба, принадлежность к социогруппе; почтение, признание, собственная значимость и Потребности в общении, в любви, т.д.. Обычно, «… голодный человек замечает только еду, нищий – только деньги» [133, вып. 4, 53].

Для верхнего «этажа» пирамиды специфически бытийное зание (Б-познание), направленное на понимание и освоение бытийных ценностей (Б-ценностей) – правда, добро, краса, целостность, единство противоположностей (отказ от дихотомических актуальных выборов), жизненность (ценность самого процесса бытия, а не Потребности в общении, в любви, только лишь его цели и смысла), уникальность, самодостаточность и т.д..

Дефициентная любовь, либо Д-любовь присуща людям, находящимся ниже уровня самоактуализации. Это эгоистичная любовь, она проявляется к тем людям, благодаря которым можно удовлетворить какую-либо потребность, преодолеть тот либо другой базовый недостаток. В Д-любви всегда находится тревога Потребности в общении, в любви,, враждебность и боязнь утратить свое воздействие над ее объектом.

Бытийная любовь, либо Б-любовь характерна людям самоактуализирующимся; это бескорыстная любовь к бытию другого человека. Б-любовь свободна от собственнических и эгоцентрических эмоций, она «несет внутри себя, быстрее, почтение, чем претензии, так как она не может причинить какие бы то ни было Потребности в общении, в любви, огорчения и фактически всегда доставляет радость» [76, 69].

Бытийная любовь делает условия для более аутентичного восприятия другого человека и помощи ему в самоактуализации. «Б-любовь неявным, но полностью верифицируемым образом, творит напарника. Она дает ему представление о самом для себя, позволяет ему примириться с самим собой, ощутить, что Потребности в общении, в любви, он достоин любви. Все это делает предпосылки для его предстоящего развития. И вот в чем вопрос: может быть ли без этого настоящее развитие людского существа?» [Там же, 71].

Так же как и тенденция к самоактуализации, бытийные феномены не формируются снаружи, они являются прирожденной частью людской сути, но практически у всех людей Потребности в общении, в любви, в протяжении всей их жизни этот потенциал остается в рудиментарном состоянии и замещается Д-мотивами, Д-ценностями, Д-любовью.

Таким макаром, смысл проф деятельности психоаналитика, психолога, преподавателя в концепции А. Маслоу заключается в оказании индивиду содействия в самоактуализации, в активизации естественного рвения здорового человека к собственному уникальному развитию, в Потребности в общении, в любви, оказании помощи по ликвидации недостатка на различных уровнях пирамиды потребностей и в поддержке процесса вытеснения Д-феноменов Б-феноменами.

Теория самоактуализации Абрахама Маслоу заходит в число более фаворитных современных концепций личного развития. А. Маслоу явился одним из первых психологов, мастерски исследовавших не столько слепые деструктивные инстинкты и нехорошую часть психики Потребности в общении, в любви,, сколько высшие заслуги людской сути. Он открыл и верифицировал пути становления здорового и счастливого человека и обосновал очевидность того, что эти пути открыты для каждого.

15.Неувязка личности в концепции К. Роджерса.

Базовая природа человека, действующего свободно, конструктивна и заслуживает доверия.

(К. Роджерс)

Выдающийся южноамериканский ученый – психолог и психоаналитик Карл Рэнсом Потребности в общении, в любви, Роджерс (1902 – 1987) считается одним из основателей гуманистической психологии. Получив психологическое образование в институте штата Висконсин (степень бакалавра 1924 г.) и в учительском институте Колумбийского института (степень магистра – в 1928 г., доктора философии – в 1931 г.), он начал работать в качестве практического психолога в исследовательском отделе Общества по профилактике детской беспощадности Потребности в общении, в любви, в г. Рочестере; примечателен факт, что свою гуманистическую концепцию Роджерс выстроил на базе двенадцатилетней медицинской работы с тяжелыми детками и молодыми правонарушителями. В 1939 г. он стал директором этого отдела.

В 1945 г. Чикагский институт предоставил Роджерсу возможность открыть консультационный центр, работа которого была базирована на гуманистических подходах. Тут Роджерс продолжил работу над созданием Потребности в общении, в любви, гуманистической концепции, которая в следующем (подобно психоанализу Фрейда) перебежала с уровня психотерапии в ранг учения о человеке.

К началу 50-х годов К. Роджерс становится общепризнанным авторитетом посреди психологов и психотерапевтов (всего Роджерс издал 16 книжек и выше 200 научных публикаций, переведенных на многие языки; в 1982 году он получил рейтинг самого Потребности в общении, в любви, влиятельного психолога Соединенных
Штатов). Но конфликты, повсевременно возникавшие из-за радикальности положений Роджерса, представлявших человека как субъекта собственных конфигураций, привели к тому, что он ушел из муниципальных структур,
организовав в Калифорнии в 1968 г. Центр по исследованию личности,
где и была совсем построена его гуманистическая концепция, повлиявшая на философию, психотерапию Потребности в общении, в любви,, психологию, педагогику и другие науки.

По признанию самого Роджерса: «... в образовании, индустрии, социальной работе, в философии, ... психологии, также в других областях мои идеи распространились и оказали такое воздействие, какого я никогда не мог для себя представить» [133, вып. 4, 28]. При этом К. Роджерс более много адаптировал свою концепцию конкретно к педагогической науке Потребности в общении, в любви,, создав принципно новый гуманистический (личностно-центрированный) подход в образовании личности.

В протяжении 3-х лет (1965 – 1968) он работает над внедрением собственных мыслях в практику обучения и делает программку, адаптируемую к хоть какой системе образования. Несколько образовательных учреждений (а именно, большой институт в Лос - Анжелесе, включавший в свою структуру несколько Потребности в общении, в любви, средних заведений и существенное количество исходных школ) принимают личностно-центрированную программку обучения К. Роджерса за базу собственной работы и через пару лет утверждают об удачных результатах ее внедрения. Образовательные учреждения вышли на уровень «самоуправляемых изменений» и отлично работали независимо от личного роли К. Роджерса и его коллектива.

Позднее Роджерс Потребности в общении, в любви, собрал отчеты и отзывы педагогов, воплощавших его идеи на практике и включил их в собственный более базовый педагогический труд «Свобода в обучении...» [173], который был признан «манифестом гуманистического образования». «Свобода в обучении…» показывала, каким образом педагоги были бы личностями, новаторами и помощниками в обучении даже в рамках устаревшей системы» [175, 7].

Как и Потребности в общении, в любви, в прошлых главах, из всей многогранной теории в реальном тексте представлен анализ только тех ее качеств, которые касаются парадокса личности.

Структура личности, исходя из убеждений гуманистического подхода Роджерса, условно состоит из 3-х психологических компонент: организм, феноменальное поле, самость.

Организм- это индивид как живое существо в целом: физическое Потребности в общении, в любви, бытие, чувства, эмоции, потребности и т. д. Организм вначале ориентирован на самоусиление и в нем нет ничего негативного, не отвечающего задачке личного роста. Организму присуще естественное и здоровое рвение к неизменному усилению себя, к непрерывному развитию, идущему через определенные стадии роста. Развитие в сторону усиления – это имманентная личностная тенденция организма Потребности в общении, в любви,, которая не формируется и не задается снаружи; она является прирожденной и ориентирует личность, по мере ее взросления, на личное становление, личностную автономию и самоактуализацию. Базальной чертой таковой тенденции организма (в особенности в детском возрасте) является поведенческая активность.

Данная активность не обусловливается наружной средой и находящейся в ней системой подкреплений. Последствия Потребности в общении, в любви, активности малыша могут быть для него в некий момент и негативными (по Скиннеру – «отвращающими»), но они не способны фрустрировать генетическое желание к развитию; ребенок, реализуя тенденцию организма к росту, может завладеть новыми способностями, более действенными. Таким макаром, в отличие от Скиннеровского утверждения, что «Поведение - это то, что Потребности в общении, в любви, делает организм» [Цит. по 133, вып. 3, 53], гуманистическая теория подразумевает оборотное – активность, поведение являются естественными проявлениями тенденций здорового организма к саморазвитию и самореализации. «В каждом ребенке есть массивные силы, которые безпрерывно стремятся к самоактуализации» [71, 65].

Феноменальное поле(поле опыта) – это весь опыт индивида, который им осознается, независимо от того, существовал ли этот опыт вначале на Потребности в общении, в любви, сознательном либо безотчетном уровне; другими словами – это внутренний мир человека, в каком отражается все, что происходит в организме и во наружной среде. «Поле опыта уникально для каждого индивида; это поле опыта либо «феноменальное поле» содержит все, что происходит снутри оболочки организма в хоть какой данный момент, что потенциально доступно Потребности в общении, в любви, сознаванию» [133, вып. 4, 7].

Феноменальное поле по Роджерсу – это категория довольно близкая к той, что в классической российскей психолого-педагогической науке именуется сознанием. Но развитие сознания (по последней мере, с позиции науки русского периода) на сто процентов обосновано наружными и независящими от него факторами, в том числе воспитанием и Потребности в общении, в любви, обучением. В то время как, по Роджерсу, феноменальное поле в некий мере есть продолжение организма и развивается «изнутри».

Место необыкновенного поля обхватывает рефлексивную способность, волю, управление психологическими процессами, речью, поведением и т. д. В контексте Роджерианского подхода поле опыта эпифеноменально по отношению к организму и развивается из него Потребности в общении, в любви,, в то время как структуры социальной системы, в какой существует индивидум, рассматриваются как условия становления данного поля.

Феноменальное поле содержит внутри себя некоторую личную модель наружной действительности, которую человек может строить в протяжении всей жизни. Человек не отражает впрямую «объективную картину» окружающего мира, а живет снутри собственной персональной действительности Потребности в общении, в любви,, относящейся (по словам Роджерса) к наружному миру, как карта к местности, которую она представляет, «... мы живем по воспринимаемой «карте», которая никогда не есть сама реальность» [133, вып. 4, 8].

Внутренний мир необыкновенного поля каждого человека уникален и неподражаем, он не всегда может совпадать с имеющейся реальностью. Степень соответствия переживаемого и рефлексируемого индивидом Потребности в общении, в любви, в собственном феноменальном поле реальной реальности Роджерс называл конгруэнтностью (от лат. congruens – соответственный, совпадающий). Высочайшая степень конгруэнтности значит, что нечто сообщаемое либо как-либо выражаемое индивидом другим участникам общения и нечто внутренне им переживаемое, в том числе и рефлексия собственных сообщений и переживаний, более либо наименее тождественны.

По воззрению Роджерса, более высшую Потребности в общении, в любви, конгруэнтность показывают детки, они конкретно и от всей души выражают свои чувства и эмоции, и, обычно, не переносят собственный нереализованный потенциал в новые ситуации. «Возможно, самой обычной иллюстрацией является ребенок. Если он чувствует голод на физиологическом и висцеральном уровне, то, возможно, его понимание приходит в соответствие Потребности в общении, в любви, с этим чувством и его общение также соответствует его внутреннему опыту. Он испытывает голод и дискомфорт, и это наблюдается на всех уровнях. В этот момент он вроде бы объединен и составляет целое в ощущении голода. С другой стороны, если он сыт и доволен, это чувство также представляет собой единство соответствия Потребности в общении, в любви, на висцеральном уровне, на уровне сознания и на уровне общения... Если малыш проявляет любовь, гнев, презрение либо ужас, нам не приходит в голову колебаться, что он испытывает на всех уровнях конкретно эти чувства» [102, 401].

Для демонстрации неконгруэнтности, по воззрению Роджерса, следует обращаться к людям, миновавшим стадию юношества, отсюда вытекает Потребности в общении, в любви, один из узнаваемых тезисов гуманистического подхода, полагающий, что в ряде ситуаций живого опыта ребенок более мудр, чем взрослый.

Неконгруэнтность появляется в случаях несоответствия меж
переживаемым опытом индивида и пониманием этого опыта, также меж переживаемым опытом и сообщением индивида о нем. Примером неконгруэнтности может быть человек, который испытывает гнев либо тревогу, но Потребности в общении, в любви, гласит, что он совсем спокоен. Нарушение конгруэнтности значит, что человек либо не способен правильно оценить действительность, либо же не выражает то, что он вправду переживает, ощущает, задумывается.

Неконгруэнтность лично может ощущаться индивидом как дискомфортное психическое состояние, тем паче острое, чем выше степень неконгруэнтности; такое состояние ведет к росту Потребности в общении, в любви, напряженности, тревожности, а в более суровых случаях к невротизации личности в целом.

Большая часть конфликтов, личных и семейных заморочек, в том числе заморочек, связанных с воспитанием и обучением, Роджерс рассматривает как проявление неконгруэнтности. В то же время для обеспечения здорового личного роста человеку нужно быть как можно более конгруэнтным, другими словами Потребности в общении, в любви, тем, кто он есть по сути. «Нет смысла казаться размеренным и довольным, если по сути я раздражен и критичен. Нет смысла делать вид, что я люблю кого-либо, если я настроен к нему воинственно... По другому говоря, ... нет смысла, общаясь с людьми, делать вид, что испытываешь одно, а по Потребности в общении, в любви, сути ощущать совершенно другое» [107, 58 - 59].

Самость- это совокупа восприятий индивидом себя самого. В отличие от Юнгианского представления, самость, по Роджерсу, находится в пространстве сознания и выражается, сначала, в возможности индивида к самооценке и определению собственного места и собственной роли во окружающем мире. Самость вначале эпифеноменальна по отношению к Потребности в общении, в любви, полю опыта, но по мере социализации малыша становится самостоятельной психологической подструктурой.

Самость не является прирожденным компонентом в структуре личности, она приобретается ребенком в процессе взаимодействия с социумом. Общение малыша с наружным миром и, сначала, с другими людьми является обязательным условием развития самости и личного роста в целом.

Таким Потребности в общении, в любви, макаром, Роджерс и другие представители гуманистического подхода ни в коей мере не отторгают важной роли и значения социума, да и не относят его к главному фактору становления личности. Социум представляется как некоторая «почва» либо активная образовательная среда, в какой протекает процесс личного саморазвития.

Уже в ранешном возрасте ребенок равномерно начинает Потребности в общении, в любви, принимать как собственное «Я», так и свои рвения и потребности (идущие из организма) на базе собственного собственного поля опыта. «Собственное Я малыша вырастает и меняется в итоге непрерывного взаимодействия в феноменальном поле» [71, 61].

Самость, по Роджерсу, включает в свою структуру такие
составляющие, как восприятие собственной сути, особенности, собственных особенностей и возможностей Потребности в общении, в любви,; восприятие и самооценивание себя в отношениях с наружным миром и другими людьми; дела к наружным (знаемым) целям, ценностям, эталонам. В целом, самость либо представление личности о самом для себя «…есть взор человека на себя, основанный на прошедшем опыте, данных реального и ожиданиях будущего» [Цит. по 133, вып. 4, 8].

С момента (относящегося к Потребности в общении, в любви, более старшему детскому возрасту), когда у индивида развиваются способность к самооценке, потребность в самоуважении и, соответственно, рвение захватить почтение со стороны других людей, самость приобретает бинарную структуру и разводится на самость реальную (Я – реальное) и самость безупречную (Я – безупречное).

Я – реальное – это совокупа представлений индивида о самом для Потребности в общении, в любви, себя в реальном времени, которая складывается на основании более либо наименее адекватной самооценки собственных свойств, возможностей, личных особенностей и т. п.

Я – безупречное – это совокупа представлений, отражающих то, каким человек желал бы быть.

Представления индивида о собственном реальном и безупречном личностном виде делают уникальную внутреннюю систему, получившую заглавие Потребности в общении, в любви, Я – концепция, на основании которой развиваются как отношения с наружным миром, так и отношение к себе. Степень соответствия Я – реального Я – безупречному также характеризуется конгруэнтностью.

Несоответствие меж животрепещущим состоянием индивидума и его
безупречными представлениями о для себя, по воззрению Роджерса, может стать предпосылкой психологического дискомфорта, невротизации и затруднить процесс здорового личного Потребности в общении, в любви, роста. В то время как принятие себя самого таким, каким реально человек является, ведет к полной конгруэнтности и, как следствие, к психологическому здоровью и равновесию. Тут идеи Роджерса на сто процентов совпадают с представлениями 1-го из основоположников
экзистенциализма С. Кьеркегора о цели жизни, которая заключается
в том, чтоб «быть Потребности в общении, в любви, тем «Я», которым ты вправду являешься»
[167, 29].

Понятие «конгруэнтность» в осознании К. Роджерса становится антонимом фрейдовскому понятию «защита», так как «защита», являясь поведенческой реакцией организма на опасность либо какую-либо иную нехорошую информацию, ведет к перцептивному искажению опыта в сознании, либо же к вытеснению этой инфы из места Потребности в общении, в любви, сознания; в то время как состояние конгруэнтности обеспечивает адекватное восприятие индивидом его животрепещущего опыта.

Таким макаром, в отличие от психоанализа Фрейда, доказывающего, что личностное развитие в значимой степени обосновано прошедшим опытом, также в отличие от персональной психологии Адлера,
считающего, что личностное развитие находится в зависимости от ориентации
индивида на различные формы Потребности в общении, в любви, компенсации в дальнейшем, гуманистическая концепция Роджерса исходит из того, что в личностном росте главную роль играет истинное, которое всегда важнее прошедшего, а часто и
грядущего.

Подчеркивая значение реального, Роджерс выдвигает догадку, в согласовании с которой человек может самореализоваться, стать «полноценно-функционирующей личностью» только при условии полной конгруэнтности и освоения Потребности в общении, в любви, опыта понимания каждого текущего момента своей жизни как принципиального и неповторимо-ценного; опыта проживания жизни «здесь и теперь».

Анализируя личностную структуру с позиций роджерианской концепции, нужно охарактеризовать такое свойство личности, как ориентация на ценности. Роджерс, используя данные исследовательских работ южноамериканского философа Чарлза Морриса (1901 – 1979), изучавшего различия в ценностных ориентациях у Потребности в общении, в любви, людей различных национальностей [171], делит имеющиеся ценности на два вида: ценности «действенные», проявляющиеся в выборе индивидом реальных объектов, и ценности «знаемые» – проявляющиеся в выборе объектов символических.

Ценности действующие - это то, что ценно и принципиально для определенного индивида как для живого существа на этот момент времени; то, что Потребности в общении, в любви, нужно «здесь и теперь» организму для реализации его тенденций к саморазвитию и самоусилению. Эти ценности владеют высочайшей динамикой и гибкостью; они не фиксированные и не абсолютные. То, что на данный момент ценно человеку для здорового функционирования либо для обеспечения жизнедеятельности, через некое время (обычно после получения и реализации ценности) может стать Потребности в общении, в любви, полностью непринципиальным и безразличным. Пример действующих ценностей можно проиллюстрировать известным тезисом дзэн-буддизма*: «Когда я голоден, я ем; когда я утомился, я сижу; когда я желаю спать, я сплю».

Действующие ценности обусловливаются текущими и определенными потребностями таковой психологической подструктуры, как организм. Организм передает в место необыкновенного поля свои потребности Потребности в общении, в любви,, которые и осознаются индивидом как действующие ценности.

Другими словами, феноменальное поле играет роль внутреннего экрана, на котором проецируется то, что происходит в организме.
Исходя из положения Роджерса о том, что в здоровом организме
вначале нет негативного потенциала, все потребности идущие из него в феноменальное поле трансформируются там в Потребности в общении, в любви, действующие ценности,
ориентирующие индивида только на самоусиление. Конкретно
потому Роджерс подчеркивал необходимость доверять опыту собственного организма и обращаться к собственному внутреннему миру как к главному консультанту в вопросах личного роста. «Собственному организму можно довериться; организм является подходящим инвентарем для
выбора поведения, более соответственного данной ситуации»
[101, 402].

В потенциале организма находятся не Потребности в общении, в любви, только лишь потребности, имеющие био нрав (по словам Роджерса – сенсорные и висцеральные потребности), в нем на генном уровне заложена потребность к освоению инфы, к получению познаний, к пониманию окружающего мира и себя самого. Другими словами, в организме находит свое выражение вся целостность человека: «... если мы можем добавить к сенсорному и Потребности в общении, в любви, висцеральному опыту, соответствующему для всего животного королевства, дар свободного неискаженного понимания, которое во всей полноте характерно только человеку, то у нас получится конструктивный, соответственный действительности организм..., который понимает как требования культуры, так и свои собственные потребности... Когда эта уникальная способность человека – обдумывать – работает так много и Потребности в общении, в любви, свободно, мы обнаруживаем, что у нас имеется не животное, которого необходимо страшиться, не зверек, которого нужно держать под контролем, а организм, способный при помощи умопомрачительной интегративной возможности нервной системы достигнуть поведения, которое сбалансировано, соответствует действительности, ведет к обогащению собственной личности и личности других людей» [102, 151].

В итоге, принятие человеком действующих ценностей Потребности в общении, в любви, (как итог бесспорного доверия собственному организму) является главным условием действенного личного роста.

Ценности знаемые (абсолютные) – это ценности, приходящие из социальной среды; они наружные по отношению к индивиду и не связаны с тем, что происходит в его организме. Ценности знаемые довольно абстрактные, негибкие и, обычно, неизменчивые. В отличие от ценностей действующих Потребности в общении, в любви,, которые синхроничны, так как включают только то, что нужно индивиду на этот момент как развивающемуся существу, ценности знаемые носят диахронический нрав.

В место знаемых могут заходить ценности сами по для себя, не представляющие значимости для организмических процессов индивида и его личного роста, но способные в определенных критериях получать Потребности в общении, в любви, статус действующих. Не считая того, к знаемым можно отнести такие ценности, как любовь, признание и почтение со стороны других людей и, сначала, родителей. «Как только ребенок начинает сознавать себя, в нем развивается потребность в любви и положительном внимании. Эта потребность универсальна для людей, она всепроникающа и постоянна. Является Потребности в общении, в любви, ли она прирожденной либо приобретаемой – несущественно для теории» [133, вып. 4, 12].

Ценности знаемые - это также итог проекции на «экран» необыкновенного поля потребностей, но уже не со стороны организма, а со стороны самости. Самость как самостоятельная психологическая подструктура обладает своими внутренними тенденциями и потребностями (нередко несовпадающими с потребностями организма), посреди которых доминирующей, в особенности Потребности в общении, в любви, у малыша, и является потребность в любви и принятии. Условная схема соотношений психологических подструктур и детерминируемых ими ценностей, с позиции гуманистического подхода Роджерса, представлена на рис. 8.

Окружающий мир

САМОСТЬ


ЦЕННОСТИ ЗНАЕМЫЕ

ФЕНОМЕНАЛЬНОЕ ПОЛЕ

ЦЕННОСТИ Действующие


ОРГАНИЗМ

Рис. 8

Разглядим механизмы личной динамики с позиции К. Р. Роджерса. Вначале (в младенчестве) ребенок нацелен только на действующие Потребности в общении, в любви, ценности; в то же время он закрыт для принятия ценностей наружных, знаемых. В феноменальном поле малыша (которое еще на сто процентов безотчетно) отражаются только потребности его организма, и они ориентированы только на усиление и здоровый рост. По воззрению Роджерса, малыш развивается на физическом уровне и на психическом уровне Потребности в общении, в любви, так стремительно и отлично, так как непременно следует имманентным организмическим тенденциям.

Такое развитие длится до того времени, пока в структуре личности не возникает новый психологический компонент – самость, которая является довольно самостоятельной подструктурой, но эпифеноменальна по отношению к полю опыта, являясь, в определенной степени, его продолжением. С момента возникновения в структуре личности Потребности в общении, в любви, самости, на малыша начинают повлиять две массивные силы: одна, идущая из организма и опирающаяся на тенденцию к самоактуализации и персональному росту; 2-ая, идущая от самости и направленная на получение любви и признания.

Если обе силы совпадают по направлению, другими словами взрослые (предки, преподаватели) поддерживают тенденции малыша к персональному саморазвитию Потребности в общении, в любви,, непременно удовлетворяя при всем этом его потребность в любви, признании и почтении, то идет процесс действенной личной самореализации.

Если обе силы противостоят друг дружке, другими словами взрослые заставляют малыша отрешиться от собственного уникального пути развития собственных способностей и навязывают (обычно, из наилучших побуждений) свои нормы и ценности, определяя их Потребности в общении, в любви, принятие как условие получения любви и почтения, то идет процесс «расщепления личности» [174]. Такое противоборство приводит к необходимости выбора (нередко на безотчетном уровне) отрешиться от собственного пути личного роста и принять навязанные снаружи эталоны, получив при всем этом любовь и почтение со стороны взрослых, либо же продолжать развиваться, ориентируясь Потребности в общении, в любви, на внутренние личные тенденции собственного организма, но рискуя не получить любви и признания.

1-ый путь ведет к «фундаментальному отчуждению» (отчуждению от собственного внутреннего мира) и потере особенности. У малыша формируется недоверие и даже опасение по отношению к своим эмоциям, переживаниям, оценкам, к собственному опыту в целом; локус оценки все Потребности в общении, в любви, более становится экстернальным, что делает малыша конформным и нацеленным только на наружные оценочные суждения. В итоге он преобразуется в объект манипулирования, лишенный свободы внутреннего выбора, без которого возможность здорового личного роста исключается. «Ребенок начинает действовать так, чтоб получить любовь либо одобрение, независимо от того, является ли это для него здоровым Потребности в общении, в любви,. Детки могут действовать против собственных интересов, приходят к представлению о для себя как предназначенных для того, чтоб удовлетворять либо умиротворять других» [Цит. по 133, вып. 4, 12].

2-ой путь (выбираемый ребенком пореже) ведет к неудовлетворенности общением, конфликтам, злости, аномалиям в поведении; 2-ой путь (равно как и 1-ый) является источником не только лишь социально Потребности в общении, в любви,-педагогических, да и психотерапевтических заморочек.

Таким макаром, оба пути являются препятствием для здорового личного роста человека, и задачка взрослых заключается в объединении сил, действующих как со стороны организма, так и со стороны самости, с тем, чтоб обеспечить более здоровый, настоящий процесс самоактуализации личности малыша. Такая задачка решается Потребности в общении, в любви,, если взрослый непременно воспринимает малыша, что определяется позицией «я принимаю (люблю, признаю) тебя таким, какой ты есть», а не позицией – «я приму тебя, если...».

В то же время бесспорное принятие малыша не значит бесспорного принятия всех его поступков; Роджерс считает, что со стороны взрослого полностью допустимы выражения негативного Потребности в общении, в любви, содержания, но они не должны негативно оценивать саму личность малыша. Принятие малыша, почтение его особенности не должно зависеть от поведения. Безоценочное принятие малыша является главным условием реализации его уникального личного потенциала и, соответственно, здорового личного роста.

Здоровый вариант личного развития Роджерс определяет термином самоактуализация (self - actualization). Самоактуализация – это естественный процесс Потребности в общении, в любви,, обусловленный рвением индивида к может быть более полному выявлению и развитию собственных способностей и возможностей; она проявляется как унаследованная тенденция двигаться в сторону усиления себя, к психологическому и физическому здоровью, к личной автономии. Сразу тенденция к самоактуализации способна приблизить человека к состоянию конгруэнтности.

В целом самоактуализация ведет к становлению «полноценно Потребности в общении, в любви, функционирующей личности», другими словами личности неконформной, свободной, удачно ориентирующейся как на неискаженные потребности собственного целостного организма, так и на ценности окружающего мира. Всеполноценно функционирующий человек свободен от защит, открыт опыту, он способен жить «здесь и теперь», способен к рефлексии и интеллектуален, но при всем этом ум не подавляет чувственных и Потребности в общении, в любви, интуитивных качеств его личности. «Полноценно функционирующая личность – синоним рационального психического приспособления, психической зрелости, полной конгруэнтности, полной открытости опыту... Некие из этих определений звучат несколько статически, потому следует отметить, что все свойства такового человека – процессуальны. Всеполноценно функционирующая личность – это человек в процессе, повсевременно изменяющийся человек» [101, 388].

С понятием «полноценно функционирующая Потребности в общении, в любви, личность» неразрывно связаны такие характеризующие ее категории, как «смысл жизни», «хорошая жизнь», «внутренний локус оценки», «творчество».

Такие экзистенциальные вопросы, как «Какова моя актуальная цель?», «В чем смысл моего существования?», «К чему я стремлюсь?», «Каково мое предназначение?» так либо по другому ставит впереди себя каждый человек. Глупая и Потребности в общении, в любви, бесцельная жизнь не может быть настоящей. В то же время Роджерс (как и другие представители гуманистического и экзистенциального подходов) опровергает идею какой-нибудь абсолютной цели, единой для всех. Актуальные цели только индивидуализированы, каждый человек должен сам поставить впереди себя этот базовый вопрос и сам на него ответить. Пробы «коллективных» поисков Потребности в общении, в любви, и решений в области экзистенциальных заморочек абсурдны и нередко ведут к нетерпимости и насилию по отношению к «инакомыслящим». Человек несвободный, идущий по пути развития, навязанному другими, не способен быть всеполноценно функционирующим.

«Хорошая жизнь», в осознании Роджерса, – это не жизнь, заполненная наслаждениями, утехами, равно как и не размеренная, беспроблемная жизнь. Достояние Потребности в общении, в любви,, власть, верхушки общественного фуррора – также не являются неотклонимыми атрибутами «хорошей жизни». Роджерс именует этим понятием движение по пути, избранном человечьим организмом. Это реализация внутренней, уникальной и неподражаемой стратегии личного развития.


potoki-dohodov-i-platezhej-vsegda-ravni-mezhdu-soboj.html
potoki-reklamnih-byudzhetov.html
potokom-realnih-deneg-cash-flow-po-innovacionnomu-proektu-nazivaetsya-raznost-mezhdu-pritokom-i-ottokom-denezhnih-sredstv.html